Осталось ли что-то живое?
Сегодня собака привязалась на улице. Я погладила ее. Такая милая, на Альфу похожая, только на пару-тройку килограмм стройнее. Я повозилась с ней, дала ей конфетку, пошла в магазин и купила ей хлеб и немного колбасы. Она с аппетитом уплетала купленную мной еду. Аж слюнки потекли
Если не уйти вовремя, то она привяжется и запомнит. Мне это не нужно.
Я встала и пошла. Она продолжала есть, но потом заметила, что я ухожу и побежала за мной, оставив колбасу валяться на земле. Я ускорила шаг. Она решила, что я с ней играю, как несколько минут назад, кусала за язычки скейтеров, хватала за джинсы, подпрыгивала. Прелесть, а не собака.
Я зашла в подъезд. Чужой. Оставив это создание скрестись в дверь и поскуливать.
Все бы ничего, но этот вой не вызвал у меня никакого сожаления. И скажите мне теперь, есть ли во мне что-то живое?
Сегодня собака привязалась на улице. Я погладила ее. Такая милая, на Альфу похожая, только на пару-тройку килограмм стройнее. Я повозилась с ней, дала ей конфетку, пошла в магазин и купила ей хлеб и немного колбасы. Она с аппетитом уплетала купленную мной еду. Аж слюнки потекли

Если не уйти вовремя, то она привяжется и запомнит. Мне это не нужно.
Я встала и пошла. Она продолжала есть, но потом заметила, что я ухожу и побежала за мной, оставив колбасу валяться на земле. Я ускорила шаг. Она решила, что я с ней играю, как несколько минут назад, кусала за язычки скейтеров, хватала за джинсы, подпрыгивала. Прелесть, а не собака.
Я зашла в подъезд. Чужой. Оставив это создание скрестись в дверь и поскуливать.
Все бы ничего, но этот вой не вызвал у меня никакого сожаления. И скажите мне теперь, есть ли во мне что-то живое?
